Наверх
Добавить в закладки | ВКонтакте | Twitter | Facebook | RSS | 16+ Оформить подписку
 
 
1 GBP
Фунт стерлингов Соединенного королевства
78,8745
0,1057
1 USD
Доллар США
58,7082
-0,4364
1 EUR
Евро
69,4048
-0,0605
10 NOK
Норвежских крон
70,4628
-0,3640
10 SEK
Шведских крон
69,8201
-0,2407
 
 

Сари
Персональный фотоблог Sari Pöyhönen
 
 

 
 
-5°
3.5 м/с
давление 747.8 мм рт.ст
 
 
 
 

Календарь

 
 
 
 
Загрузка...
Дмитрий Куликовский
Дмитрий Куликовский:

Топливные компании постоянно повышают качество предоставляемых услуг и продукции, внедряют новые технологии в производство и развивают клиентский сервис. Об этом и многом другом рассказывает Дмитрий Куликовский, директор департамента топлива и логистики ООО «Сёркл Кей Россия», представленного сетью АЗС Statoil

Артемий Лапполайнен
Артемий Лапполайнен:

Компьютерный бизнес, несмотря на кризис, продолжает динамично развиваться и оставаться одной из высоко конкурентных сфер экономики. Не является исключением и ситуация, сложившаяся на этом рынке в Мурманской области. О стратегии планирования и развития компании «Альфа» рассказал руководитель отдела корпоративных продаж Артемий Лапполайнен

Виктор Георги
Виктор Георги:

5 декабря в литературной гостиной Мурманской областной научной библиотеки состоится необычная презентация. Необычная в том, что заполярный читатель сможет принять участие в премьере сразу трех книг

Дмитрий Буткевич
Дмитрий Буткевич:

О «Спутнике над Мончегорском», о космосе в интерпретации современных художников и о важности таких выставок для маленьких городов «Би-порту» рассказал Дмитрий Буткевич – один из кураторов проекта, российский арт-критик, искусствовед, куратор, эксперт в области арт-антик-рынка

Юрий Киташин
Юрий Киташин:

О диверсификации, стартапах и новых видах товарной продукции рассказывает Юрий Киташин, первый заместитель генерального директора ПАО «Русская аквакультура»

 
 
 
 

Выбор редакции

 
 
 
 

Самое читаемое

 
 
 
 

Мы ВКонтакте

 
 
 
 

Найдите нас на Facebook

 
 
 
 

Новости партнеров

 
 
 
 
Главная » Точка зрения » Норильский никель активно сотрудничает с государством в области экологии. Но почему только он один?
 
 
 
 
08 Октября 2012 года, 09:59

Норильский никель активно сотрудничает с государством в области экологии. Но почему только он один?

Норильский никель активно сотрудничает с государством в области экологии. Но почему только он один?

На портале деловой информации и новостей РБК состоялся круглый стол «Экология и крупный бизнес: как снизить воздействие на окружающую среду». Авторитетные эксперты обсуждали целый спектр вопросов: возможности взаимодействия государства и бизнеса в вопросах защиты окружающей среды; методы экономического стимулирования бизнеса по снижению нагрузки на окружающую среду; оценку экологической составляющей экономики предприятий, учет экологических аспектов при разработке программ их модернизации и другие.

В круглом столе приняли участие:

- Александр Малышевский, руководитель Научно-технического совета Росприроднадзора;

- Анатолий Панфилов, председатель Российской экологической партии "Зеленые";

- Константин Машкович, начальник управления экологического регулирования ГМК "Норильский никель";

- Алексей Буряк, начальник отдела по связям с государственными органами Управляющей компании ММК.

18Об общей оценке экологической политики РФ, которую дал в ходе круглого стола А.Малышевский, и, точнее, отсутствии этой политики, «Би-порт» уже сообщал. Предлагаем вниманию читателей «Би-порта» фрагменты дискуссии, которые в первую очередь касаются экологической составляющей деятельности крупнейшей металлургической компании России и мира – ОАО «Норильский никель». Как известно, подразделения Компании, в частности, КГМК, работают на территории Мурманской области, и, по мнению экспертов, единственные в стране целенаправленно и эффективно работают над снижением негативного воздействия производства на окружающую среду.

– Сколько средств на экологические программы направляет "Норникель" ежегодно? И как эти цифры меняется от года к году?

– К.Машкович: Вопрос достаточно простой и в то же время сложный. Я бы сказал, что средства, которые направляются на экологические программы, год от года растут, естественно, потому что программа вступила в активную фазу модернизации производства, внедрения новых технологий, реконструкции и т.д. Но всегда этих денег мало, потому что, сколько бы денег ни тратила компания на экологию, их всегда будет мало и их всегда будет не хватать... Все конкретные цифры есть на сайте компании в наших отчетах.

– А.Малышевский: Можно мне еще тогда значимый, на мой взгляд, комментарий... В 2010г. по инициативе премьер-министра РФ В.Путина был создан правовой прецедент, который должен был иметь очень большие экономические последствия. Он приезжал в Норильск и высказал, на мой взгляд, одну из значимых инициатив: в связи с тем, что это градообразующее предприятие, а вы помните тогда Пикалево и целую систему градообразующих предприятий, которые разорялись и возникал целый клубок социальных проблем, потому что люди теряли место работы, больше занятости там никакой нет, и премьер занимался этим вопросом. Он приезжал в Ленинградскую область, посетил Норильск, и у него возникла идея, связанная с тем, что надо преобразовать российское законодательство. Он обратился в Росприроднадзор с тем, чтобы было подписано соглашение между контролирующим органом, который вменяет штрафные санкции за окружающую среду, и промышленным предприятием. В рамках существующего российского законодательства это сделать было нельзя. Потому что контролирующие органы не имеют права подписывать с хозяйствующими субъектами никаких отношений: есть закон, нарушили – пожалуйста, штрафные санкции, существует соответствующий круг проверок и т.д. Премьер пошел на то, что он преодолел эту норму своим решением – было выпущено соответствующее распоряжение правительства РФ, и Росприроднадзор и "Норильский никель" подписали соглашение о взаимодействии, связанное с тем, что приостанавливается система административного воздействия, начинает работать режим диалога, с ежеквартальным отчетом, когда до 2013г. мы должны получить положительную динамику воздействия на окружающую среду.

Этот прецедент должен был иметь очень большие экономические последствия, потому что он и должен был рассчитать экономические методы стимулирования бизнеса...

Началась эта системная, очень большая работа, в которой участвовал "Норильский никель", и он остался один, потому что ни одно металлургическое производство идею правительства РФ не поддержало...

Что здесь было важным? У нас впервые появились нормальные плановые отношения. "Норильский никель" отчитывался перед правительством РФ и отчитывается ежеквартально, но произошла совершенно потрясающая вещь – а являются ли эти данные объективными? Потому что оказалась еще одна важная вещь – на территории Норильска нет ни одной лаборатории, которая бы занималась мониторингом реально складывающейся ситуации. Все говорят, что плохо, но никто не может сказать, почему и насколько плохо. Потому что по административной реформе, которая у нас опять же очень специфическая, Росприроднадзор занимается вопросами администрирования, но не занимается вопросами мониторинга, из его функционала эта часть была изъята. Мониторингом у нас занимается только Росгидромет, то есть только он может дать данные, что же на самом деле существует. То есть в этом отношении заниматься судопроизводством будет непосредственно Росприроднадзор, а как доказать какие-то цифры, то это спросите в Росгидромете. Но каким образом в конкретной ситуации будет зафиксировано нарушение, никто сказать не может. Но даже этого на территории Норильска не существует. Ни одной лаборатории там нет, это все разрушено. Единственные лаборатории, которые существуют, - это на предприятии "Норильского никеля". То есть правительство получало ежеквартальные данные, которые были определены данными "Норильского никеля". Сказать, правда этот или неправда, как это существует, никто не мог.

... "Норильский никель" пошел на то, что он допустил Сибирское отделение РАН на свою территорию, и эти независимые эксперты проверяли всю мониторинговую базу "Норникеля". Мы специально проводили там соответствующее совещание, и они доказали, что это самые передовые лаборатории, которые в состоянии дать всю полноту данных, которые существуют на "Норникеле". И это первое, что можно было бы сделать. А кто сказал, что все должны внутри себя контролировать? То есть мы должны находиться в логике, что предприятие - обязательно "вор", а государство обязательно должно поймать и доказать, что в этом отношении здесь что-нибудь нарушено, как будто тут не граждане живут и не работают на этой территории. И если существуют лаборатории, которые показывают объективность этих данных, то зачем тогда тратить деньги и параллельно в этих же точках ставить за бюджетные деньги еще такие же лаборатории? Мы доказали, что это возможно и это правильно.

Там не хватало одной существенной детали, я единственный, кто не проголосовал за систему мониторинга, потому что я не нашел там участия населения. И я предложил: на сайте муниципалитетов либо поставить какую-то электронную платформу, где вывешивались бы все данные - что происходит. Потому что иногда страхи существуют чисто психологические: "У меня сегодня заболело сердце, я не знаю почему, но мне кажется, что все-таки это труба". Это же еще социально-психологическая проблема.

И поскольку мы не подписали эти данные, "Норильский никель" пошел на то, что провел социологические исследования: а что удобно для населения? И сейчас, когда я проводил расширенное заседание общественного совета, нам доказали, что их не устраивает интернет - потому что население стареет, но развернута еженедельная – в прессе, на телевидении - дискуссионная и информационная работа по состоянию того, что происходит в окружающей среде, и в то же самое время существует "телефон доверия" - любой человек звонит и узнает, что реально существует. И тогда мы сняли это ограничение и поддержали всю систему мониторинга.

– Заключить соглашение согласился только "Норникель". Это временное явление, остальные все-таки присоединяться к этому процессу? И если можно, то Ваша прогнозная дата.

– А.Малышевский: Если соглашение с "Норникелем" не будет считаться важнейшим пилотным проектом для совершенствования российского законодательства, ни одно металлургическое предприятие во взаимодействии с государством не будет, ни одно. Поэтому в данном случае они все и отказались. Потому что логика законодательства остается прежней, хотя записано, что с 2015г. штрафные санкции за негативное воздействие на окружающую среду и за накопленный экологический ущерб должны возрастать в разы, если предприятие не докажет свою модернизационную составляющую. Но здесь не делается также ничего. Предприятию нужны стимулы и самое главное - открытая, прозрачная стабильная политика. И если предприятие этого не увидит со стороны Российского государства, естественно, оно никогда не будет менять правила игры. Оно будет находить обходные пути, как уйти и от экологических платежей, которые в данном случае растворяются в бюджетах всех уровней, и ни один из них не уходит на конкретные вещи. Пока не будут развиваться мировые соглашения, а не просто существовать плата за негативное воздействие, перспективы будут никакие.

Одна из основных его угроз, по моему убеждению, - это проблема рисков. В отчетность по международным стандартам финансовой отчетности мы каждый раз включаем небольшой раздельчик, где описываем риски, которые могут быть при том или ином событии. Одной из основных угроз являются риски в области экологии, это ни для кого не секрет, во всем мире это существует. Если у компании отбирают лицензию на природопользование - все, она банкрот. Если отбирают лицензию на размещение отходов – компания в тупике. Представляете: 30 млн т отходов "Норильского никеля" - кто будет этим заниматься? Найти для этого стороннюю организацию – это просто абсурд. То есть риск очень высокий. Отберут разрешение на выбросы – представьте себе по аналогии с жилой квартирой: у вас отключают канализацию, выключают воду, намертво шторами занавешивают окна и закрывают все форточки – долго вы сможете в такой ситуации жить? Точно так же и бизнес. Или если какая-то жилищная инспекция будет такая виртуальная внедрена: приходит к вам домой и проверяет, как на предприятии, состояние розеток, выключателей, насколько эффективна у вас система подачи воды, отопления и т.д. Я к чему веду речь: если эта инспекция приходит раз в три года, как по 94-му закону – периодичность плановых проверок – один раз в три года, и инспектор говорит: "Ой, у вас все так плохо, все – закрываю", и он закрывает вашу квартиру полностью. Или вариант другой: когда он ходит к вам регулярно или позванивает вам домой и говорит: "Как у вас там – вы устранили неполадки?" Устранили – да, хорошо, дальше поехали. И когда мелкие неполадки устраняются постоянно, они не накапливаются, тем самым снимается риск. Поэтому он приходит через три года и говорит: "Молодец, все хорошо, живи дальше". То же самое и у нас. Поэтому основная цель этого соглашения – уйти от формальных проверок, которые проводятся раз в три года и длятся не более 20 дней. Представляете, что такое "Норильский никель" проверить за 20 дней раз в три года. Это все будет ни о чем.

Еще раз повторю, что для крупного бизнеса риски тоже очень крупные. И поэтому для нас это соглашение является как бы трибуной для взаимодействия. Во–первых, мы отчитываемся каждый квартал перед Росприроднадзором. Мы проводим конференции в Норильске. Один из итогов могу показать – два сборника, которые идут к конференции, – это 2010г., 2011г., последняя прошла в сентябре 2012г. Очень интересные доклады, очень представительная конференция была. И это один из итогов нашей такой зримой работы.

Здесь уже говорилось, что в нашем законодательстве существует много пробелов, неясностей и нестыковок, Все это тоже является предметом обсуждения на площадках СРПП, ТПП. Но это общие проблемы, проблемы экологии. Проблемы конкретной компании можно обсудить только вот таким путем – в рамках соглашения с тем же самым Росприроднадзором, Минприроды. Роспотребнадзором. Я считаю взаимодействие в рамках этого соглашения очень продуктивным.

Затраты на природоохранные мероприятия у норникеля, конечно, побольше, чем у Магнитогорска, поскольку и компания побольше. У экологов есть такая формула, где отражаются текущие затраты на эксплуатацию природоохранного оборудования и т.д. 2004г. - это 5,5 млрд руб., 2011г. – 12 млрд руб. Динамика налицо. Затраты на капремонты - 513 млн и 700 млн, капитальные затраты на охрану окружающей среды – это все наши строки - 3 млрд в 2004г. и 3,6 млрд в 2011г., плановые цифры – 4 млрд 600 млн руб. в 2012г.

– Какой объем элементарной серы компания должна производить в Норильске, чтобы выбросы диоксида серы не превышали предельно допустимого уровня, установленного государственными органами?

– К.Машкович: Мы не знаем, какой будет уровень производства через определенное количество времени, когда эти серные цеха заработают, сейчас планируется площадка медного завода. Могу сказать, что в Норильске три основных завода - никелевый, медный и Надеждинский, утилизацию серы планируется делать на медном и на Надеждинском, потому что это головные переделы никелевого завода, агломерационный цех и плавильный цех планируется закрыть вообще. На медном заводе планируются мощности 350 тыс. т в год, на "Надежде" - 600 тыс., но это с запасом. Там будет несколько линий, дублирующих друг друга и одновременно работающих. Примерно 1 млн т серы ежегодно. Но это плановые цифры, на самом деле будет, конечно, меньше.

– Какое количество диоксида серы сегодня выбрасывает в атмосферу "Норильский никель"?

– К.Машкович: Я могу ответить, сколько именно сегодня выбрасывает, потому что у нас есть такая методика, которая позволяет вести оперативный суточный учет выброса диоксида серы, и сколько тысяч тонн выбрасывается, могу вам совершенно точно сказать. По статистике, за 2011г. мы выбросили 1 млн 911 тыс. т серы. Конечно, это очень много, это достаточно серьезная часть не только российских выбросов, но и мировых выбросов. Проблему компания понимает, и мы ищем пути решения уже достаточно давно. Проблема вот в чем: к сожалению, пойти путем, которым идут все западные компании, которые уже решили проблему высоких выбросов (на последней конференции выступал один из канадских ученых, и он четко показал, что выбросы были 2,5 млн тонн, ну как у "Норникеля", и сейчас они снизились до 200-300 тонн), они утилизируют серу в виде серной кислоты. У нас такой возможности нет. Во-первых, для того, чтобы утилизировать необходимое количество серы, нужно получать ежегодно порядка 3,5 млн тонн серной кислоты. Представляете, что это такое? То есть надо строить трубопровод до Дудинки, чтобы непрерывно танкерами вывозить серную кислоту. Куда? Нет рынка сбыта серной кислоты сейчас. Поэтому уже давно было решено, что утилизация серы затухающих газов (кстати, там есть два вида газов – богатые газы и бедные газы) будет осуществляться в виде элементной серы. Были проведены соответствующие научные проработки. Было предложено около различных 20 вариантов, в том числе ангидрид искусственный получать, серу, серную кислоту, производство удобрения на основе серной кислоты. Все они сравнивались с экономической точки зрения, с точки зрения сбыта и т.д. И все-таки решили получать серу. И поскольку сейчас мировая конъюнктура по стоимости серы не очень хороша (очень много хорошей серы дают наши нефтяники, Газпром и т.д.), то наша сера будет никому не нужна. Поэтому на данном этапе (и это отражено в стратегии развития компании, утвержденной до 2025г.) сера будет пока складироваться на площадке с соблюдением всех мер предосторожности, и небольшой сбыт будет идти.

– "Норильский никель" планирует в этом году снизить выброс диоксида на 80%, что позволит в 5 раз сократить экологическую нагрузку на норильскую природу. Можно ли обозначить перспективы на обозримое будущее – программа-минимум и программа-максимум?

– К.Машкович: Компания планирует это уже давно. Я пришел в компанию в 2003г., и уже тогда мы планировали это на ближайшее годы. Потом эти сроки все время отодвигались. Я не берусь сейчас озвучивать сроки. Могу сказать, что в конце октября мы проводим публичные обсуждения. Эти вопросы обсуждались на расширенном заседании общественного совета в Росприроднадзоре. Кстати, на сайте этого ведомства есть вся информация. Я могу только отослать туда и могу только сказать, что в конце октября будут проведены общественные обсуждения, сначала в Москве, потом в Красноярске и затем в Норильске, на которых будут этот план мероприятий полностью обсуждать и выносить по нему какие-то решения.

Почему мы так уверены, что на этот раз все получится, ведь уже несколько раз все срывалось? Потому что в прошлом году наконец-то был проведен международный конкурс, 20 технико-коммерческих предложений от различных фирм мира были получены. В итоге было выбрано 5 основных фирм, которые представили наиболее реальные, проработанные предложения, после этого осталось три – российская фирма, итальянская фирма "Текинт" и Samsung корейская. В результате победила итальянская фирма, которая имеет представительства во многих странах мира и большой опыт в этом направлении, может подключить любые исследовательские лаборатории в любой точке мира, сейчас, кстати, в Канаде проводятся испытания по некоторым аспектам технологий. Итоги тендера были подведены в апреле этого года, уже заключен контракт с этой фирмой, пока на проектно-изыскательские работы. Они создали свой проектный офис норильский.

– Мы сегодня много внимания уделили теме снижения выбросов, но есть ведь еще проблема использования воды, хранения отходов. Как она решается?

– К.Машкович: Но для Норильска на самом деле основная проблема – выбросы. Спросите любого жителя: "Что бы ты предпочел – чтобы решили проблему отходов или канализации?", все в один голос скажут – конечно, выбросов. В новой экологической политике компании, которая была утверждена еще в 2004г., три основных направления: поэтапное снижение выбросов диоксида серы и пыли – тоже есть такая проблемка, снижение сбросов – рациональное использование воды и третье – более полное использование отходов и снижение объемов размещения.

Что касается сбросов, могу сказать, что сейчас делается очень много для строительства локальных очистных сооружений, в Норильске есть очень много точек, где идет сброс с небольших каких-то мест, где используется вода. Там ставятся локальные очистные сооружения. Глобальные проблемы существуют по очистке стоков от цветных металлов, с карьеров – от минерального состава, вопрос очень тяжелый, технологии очень затратные, идет это с трудом, сейчас делаются научные изыскания. Кольская ГМК – наше дочернее предприятие выступает на передовых ролях. Если пойдет там, то потом это будет сделано и в Норильске.

Что касается размещения отходов, - огромные объемы, в основном это "хвосты" конечно, рудные отвалы, вскрышные породы, шлаки. Могу сказать, что шлаки сейчас стали перерабатывать. На шлакоотвале медного завода сейчас строится обогатительная фабрика, шлак будет перерабатываться и более полно из него будут извлекаться полезные ископаемые. Рассматривается вопрос, что "хвосты" - пустая порода с обогатительных фабрик - будeт идти в закладочные смеси, которые пойдут для заполнения подземного пространства рудников, чтобы не было обрушений. Таким образом будет снижаться объем размещения отходов.

 

Если вы обнаружили ошибку в тексте, выделите ее и нажмите Shift + Enter.
 
 
 
 

Комментарии  

 
+5
# Бомж 09.10.2012 20:36
Обычный greenwash. И господин Малышевский как всегда на арене этого цирка. Хватит морочить голову - просто обновите технологии, а не занимайтесь болтовней.
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать
 
 
0
# Skylifer 22.10.2012 20:13
Мне понравилась кричащая фраза - "...по мнению экспертов, единственные в стране целенаправленно и эффективно работают над снижением негативного воздействия производства на окружающую среду". :))) НУ конечно, если сравнить объемы загрязнения - пожалуй никто так целенаправленно столько и не намусорил....есть что снижать
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать
 

Добавить комментарий

Также Вы можете войти используя:

Защитный код
Обновить

 
 
 
 
 
 
Загрузка...
Loading...