Радиоактивные отходы: дело сдвинулось с мертвой точки!
9 июля 2008, 09:34
В конце июня этого года произошло событие, которого ждали, без преувеличения, все – экологи, энергетики, ученые-атомщики, а также те, кого принято называть «неравнодушная общественность»: на заседании секции Экспертного совета по вопросам законодательного обеспечения атомной отрасли при Комитете по энергетике Госдумы РФ впервые в истории был рассмотрен проект федерального закона «Об обращении с радиоактивными отходами».
То, что реальный шаг на пути к принятию этого документа сделан в России только сейчас (с большим опозданием, как считают экологи-общественники), в общем, объяснимо: ведь так устроен человек, что осознать реальность какой-либо опасности он способен лишь, опираясь на собственные непосредственные ощущения. Например, увидел он однажды, что горы бытового и промышленного мусора грозят поглотить природные ландшафты, и тут же стали создаваться, претворятся в жизнь программы переработки всего этого хлама. Понял человек, что дым заводских и прочих труб вскоре не даст ему дышать, и появились на трубах фильтры, прочие системы задержки вредных веществ.
Но радиоактивность не воспринимается человеческими органами чувств, ее нельзя увидеть, потрогать, понюхать. Оттого на заре развития атомной науки и техники к проблеме радиоактивных отходов (РАО) относились если не беспечно, то без должной серьезности. Во всех без исключения «атомных» странах вопросы обращения с РАО рассматривались, как, в общем-то, второстепенные. Результат – образование огромных «закрытых» зон. Таких, как окрестности уральского озера Карачай (в 40- 50 гг. туда сливали жидкие РАО), таких, как 114 аналогичных площадок, расположенных в США.
Ныне стал актуален еще один нюанс: нерешенная проблема обращения с этими отходами заметно тормозит развитие атомной энергетики, а следовательно – и экономическое развитие любой страны. Здесь, справедливости ради, отметим, что сама атомная энергетика дает лишь 0,3 процента всех накапливаемых РАО, остальная часть приходится на ВПК, гражданские транспортные реакторы и даже – традиционно-неядерные отрасли промышленности, такие, как угле-, нефте- и газодобыча, теплоэнергетика, геология, медицина и т.п.
Согласно предложенной Международным агентством по атомной энергии (МАГАТЭ) унифицированной системы классификации РАО, они разделяются на следующие категории: высокоактивные (ВАО), среднеактивные (САО) и низкоактивные.
При этом львиную долю всех РАО, 73 процента, составляют НАО. Это – ветошь, бумага, пластик, воды спецпрачечных, металлический скрап и прочее - все, что образуется при обслуживании и ремонте ядерных установок, также - отходы уранодобывающих, обогатительных и гидрометаллургических предприятий. А еще – отвальные горные породы, загрязненное естественными радионуклидами оборудование буровых скважин (в нефте- и газодобыче), выработавшие ресурс источники ионизирующего излучения и прочее.
В последнее время предложена еще одна категория радиоактивных отходов – отходы очень низкой активности. Процедур и нормативно-правовой базы обращения с ними пока нет ни в одной стране, кроме Франции.
Ситуация, сложившаяся в России, сложна чрезвычайно. Достаточно сказать, что почти половина всех РАО мира накопилась на ее территории. Объемы этих чрезвычайно опасных веществ размещены в большинстве регионов нашей страны (1170 хранилищ различного типа, причем большинство – временных). Для примера, твердые РАО находятся в хранилищах более 30 различных типов: специализированных зданиях, внутрипроизводственных помещениях, траншеях, бункерах, емкостях и на открытых площадках. Большинство таких сооружений не отвечают требованиям безопасности, не оснащены сервисным оборудованием, а проектами строительства этих хранилищ не предусматривались решения по выводу их из эксплуатации и последующей реабилитации территорий. Отсутствуют типовые решения подготовки РАО к захоронению. Установки по их переработке в основном малоэффективны, имеют конструктивные и технологические недостатки.
Ситуация, исторически сложившаяся в Мурманской области, мягко говоря, ничуть не лучше среднероссийской. По данным московского Института проблем безопасного развития атомной энергетики РАН (ИБРАЭ РАН), основными источниками угроз являются: 15 выведенных из эксплуатации АПЛ, ожидающих утилизации (в том числе 11 с отработавшим ядерным топливом (ОЯТ) на борту); 1 выведенный из эксплуатации надводный корабль (НК) с ядерной энергетической установкой (ЯЭУ) и невыгруженным ОЯТ; 79 (в том числе 2 – с ОЯТ) реакторных блока (РБ), ожидающие разрезки до реакторных отсеков (РО); находящиеся в пунктах временного хранения Андреева губа (ПВХА) и Гремиха (ПВХГ) в реакторах АПЛ и НК отработавшие активные зоны. В список угроз входят находящиеся в пункте временного хранения (Гремиха) отработавшие выемные части реакторов с жидко-металлическими теплоносителями (ЖМТ); более 17000 затопленных на дне морей Арктики ядерно-радиационно-опасных объектов, в том числе - 3 АПЛ; около 160 тонн токсических отходов, не являющихся радиационно-опасными; 28 судов атомно-технического обслуживания (САТО), в том числе – плавтехбаза (ПТБ) «Лепсе», а также значительные объемы накопленных твердых и жидких радиоактивных отходов (ТРО и ЖРО). Кроме всего прочего территории и акватории ПВХА и ПВХГ потребуют реабилитации до уровня, не приносящего вреда здоровью человека и окружающей среде при предполагаемом будущем землепользовании. Результаты экспертной оценки остающегося объема работ (в процентах от полного) по комплексной утилизации опасных объектов для Северо-Запада выглядят так: по АПЛ – 20-25, по судам АТО – 85-90, по НК с ЯЭУ – приблизительно 95, по ПВХГ – 80-90, по ПВХА – 80-90, по вывозу ОЯТ – до 60 и по обращению с радиоактивными отходами (РАО) – 80-90.
В России, в соответствии с документами МАГАТЭ, требования по обращению с РАО по сей день определяются федеральными законами «Об использовании атомной энергии», «О радиационной безопасности населения», «Об охране окружающей среды», бесчисленными федеральными, региональными, отраслевыми нормативными и правовыми документами, техническими условиями и правилами. Вот почему новый закон, проект которого прошел первое обсуждение в комитете Госдумы, так необходим – он станет единой и прочной юридической основой всех последующих действий, направленных на устранение угрозы для жизни и здоровья населения.
Свое удовлетворение тем, что ситуация с РАО сдвинулась, наконец, с мертвой точки, уже выразили авторитетнейшие ученые и политики России.
Вот мнение вице-президента Российского научного центра «Курчатовский институт» академика РАН Николая Пономарева-Степного: «Существует много внутренних проблем, которые призван устранить данный закон. Например, законодательно не определено, где должны находиться хранилища РАО и каким образом необходимо изолировать эти материалы (приповерхностно, заглублено или в геологических формациях)... Законопроект призван отрегулировать обращение с радиоактивными отходами не только внутри страны, но и во взаимоотношениях со внешним миром. В проекте будет законодательно зафиксировано то, что неподконтрольных РАО быть не может. Я не вижу сегодня никаких препятствий для принятия законопроекта. Каких-либо противостояний в обществе по этому вопросу нет».
Начальник Центра технологий подземной изоляции ФГУП «ВНИПИпромтехнологии» профессор Татьяна Гупало говорит: «Сейчас нужно четко законодательно прописать финансовую и административную сторону вопроса обращения с РАО. Создаваемая единая государственная система должна будет обеспечить безопасное и экономически эффективное обращение и с вновь производимыми радиоактивными отходами. Окончательное решение всех вопросов с РАО существенно повысит конкурентоспособность нашей атомной энергетики. Безусловно, общественность также должна поддержать данный законопроект».
Заместитель председателя комитета по энергетике Госдумы РФ Константин Зайцев также настроен оптимистически: «Перед атомной отраслью на сегодняшний день стоят амбициозные задачи, в планы нашей страны входит построить до 2020 года 26 новых атомных блоков. Массовое строительство АЭС стало приоритетным направлением российской энергетической стратегии. Однако достижение новых целей тормозится наличием застарелых проблем… Тем не менее, сегодня принятие этого закона актуально, как никогда, поскольку он станет важнейшим элементом обеспечения безопасности при использовании атомной энергии. Самой важной нормой, закрепленной в этом законопроекте, является абсолютный приоритет охраны жизни и здоровья человека, настоящего и будущего поколений, биологических ресурсов и окружающей среды».
Жители Крайнего Севера всегда пили смесь натурального и восстановленного молока в той или иной пропорции. В молочном напитке эта пропорция теперь будет сдвинута в сторону увеличения доли восстановленного
МРСК Холдинг, используя свой административный ресурс, будирует эту проблему, издает специальные приказы своим подразделениям, пытается решать вопрос в свою пользу, не считаясь с интересами остальных участников рынка
ОАО «ТрансКредитБанк» - ведущий транспортный банк России, основной финансовый партнер ОАО «Российские железные дороги» (ОАО «РЖД»), создан в ноябре 1992 года
ru 
